Лермонтов в Москве

Переводческая традиция велась от Жуковского и была своеобразна. Жуковский обращался с оригиналом свободно и свои переводы называл «своевольными» — одно усиливал, другое снимал, вставляя многое от себя.

«...Подражатель-стихотворец может быть автором оригинальным,— писал Жуковский,— хотя бы он не написал и ничего собственного. Переводчик в прозе есть раб; переводчик в стихах — соперник... переводчик, уступая образцу своему пальму изобретательности, должен необходимо иметь почти одинаковое с ним воображение, одинаковое искусство слога, одинаковую силу в уме и чувствах».