Лермонтов в Москве

Иногда это были тихие беседы, «говорили о Фаусте, о французах, о бессмертии души, о Гегеле, о любви и др.» — перечисляет Юрий Самарин в письме Константину Аксакову темы своей беседы с Каролиной Карловной.

Но бывали и бурные, шумные, длившиеся до рассвета. Лермонтов попал в самую гущу споров. Его мог ввести к Павловым и Самарин, и Александр Иванович Тургенев. Да и сам он, как мы знаем, был давно знаком с Николаем Филипповичем.

И вот Лермонтов приходит в особняк на Рождественском бульваре. Мраморная лестница. Швейцар. При входе в гостиную между колонн высокая строгая дама встречает его жестом театральной королевы. Стихи Павловой не могли произвести на Лермонтова сильного впечатления, так как в тридцатые годы Каролина Карловна занималась только переводами с русского на немецкий и французский языки, а оригинальные русские стихи начала писать совсем недавно. Они не могли дать представления Лермонтову о совершенстве, которого Павлова достигла в дальнейшем. Вероятно, потому Лермонтов ничего не написал ей в альбом с автографами московских и европейских знаменитостей, лежавший на маленьком столике в гостиной.